ʞиoнɐdɐ⊔ oꓕɔod⊔ ʁ
твой бог ненавидит шифры
don't feel anything
[indent]don't you.
don't.
just don't.
[indent]Кейт привыкла к боли.
Ложь — к такому не привыкают.
Даже если привычку пытаются привить годами. Выработать.
они так чертовски похожи
[indent]Клетки у каждого разные, но суть всегда — одна.
Блядский ген ви.
Её меркантильная биологическая мать, возжелавшая... а впрочем, Кейт по итогу было глубоко наплевать, чего именно.
[indent]Деньги, власть, сытое роскошное будущее?
Всё разрушилось в один злополучный день.
Их жизнь рухнула хлипким карточным домиком (нужно было использовать клей, матушка).
[indent]Вот и случилось самое — а какое? — неожиданное (вполне ожидаемое).
Ты отдаёшь своего ребёнка в качестве подопытного.
А затем — отрекаешься от него, когда результат оказывается не столь... вожделенным, ожидаемым, желанным, удобным, просчитанным?
[indent]
поделом этой суке
[indent]Просчиталась, а не просчитала.
А вот младшего брата было чертовски жаль.
Кейт ведь не виновата (она ведь не знала), что банальная простая фраза может оборвать чужую жизнь.
Всё это настолько сюрреалистично и нелепо.
„My little brother kept kicking at my shins.
So I grabbed him by the arm and I told him to go away and never come back.
So he did.”
[indent]Это не её вина. Она ничего не знала.
Всего лишь маленькая девочка. Не своими руками вколовшая себе генно-модифицирующий препарат.
Не жаждущая славы, почестей и нечеловеческого величия.
[indent]Она не хотела, чтобы всё так вышло. Чтобы Калеб на самом деле ушёл навсегда.
C'mon, вы всегда милуетесь со своими братьями-сёстрами, не бросаясь фразами, в которые вовсе не вложено того зла, что слетает с языка?
Кейт не знала.
Что её сгоряча сказанные, жестокие, обиженные (ведь простых вежливых, терпеливых просьб было недостаточно) слова станут причиной гибели пиздюка.
[indent]Боль, горечь, проклятия — всё сюда, несите all set меню этому столику.
Кейт за всё заплатит.
Кейт за всех заплатит.
За презрение, за ненависть, за обиды, за страхи, за... разочарование.
[indent]У суки умер сын. Но в глубине души (она признается в этом позже или не признается никогда — хорошие девочки ведь не думают плохих вещей, конечно же, не думают) Кейт знала — так тупо пытаться скрыть что-то от телепата — вся проблема была в упущенных активах.
Из неё не выйдет супергероини. Она — порченный результат, проёбанное вложение.
Меняем ей имя — а впрочем, у девочки нет имени.
[indent]Нет брата, нет семьи, нет цели, нет ценности, нет перспектив.
Её клетка — её собственная комната.
Посиди, Кейт. Пока не разучишься быть чудовищем. А ведь по писаным канонам сказок, Чудовищу полагается своя красавица. И шанс на спасение. Чем она хуже?
[indent]Вселенная, кстати, не такая сука.
Индира кажется ей неземной красоты — богиней, спустившейся с небес ради такого уёбища, как Кейт.
Чудовища. Хорошие девочки всё ещё не выражаются.
[indent]Индира не боится — Кейт бы почувствовала.
Ты не обманешь телепата.
Индира дарит ей самую очаровательную в мире улыбку — и Кейт плывёт, и сердце её, кажется, теперь не зря бьётся.
Вся нерастраченная любовь, всё восхищение, всё, чем она может быть полезна — чем может отблагодарить — всё для неё одной.
[indent]Когда святыня касается её — порочной, опасной, испорченной — Кейт замирает крошечным зверьком — так страшно, так чертовски хочется — тепла, прикосновений, любви, которой она никогда не знала.
Нежные касания — и она льнёт верной псиной, жаждущей такой простой ласки.
Пальцы на языке — эти таблетки тебе помогут, Кейт, можно будет покинуть четыре стены, больше никаких барьеров — никаких ограничений.
[indent]О, она бы сделала ради неё что угодно.
Она и делала — предательство знает её имя — предательство знает все их имена.
Раз она говорит — нужно, Кейт не спрашивает. Кейт послушно выполняет.
[indent]Идеальный солдат. Идеальная верная псина.
Нужно немножко использовать близкого человека? — а Люк был чертовски близок — ведь они делили всё : и постель, и досуг, и главное - он всегда был с ней чертовски искренен и добр.
Но если Индира скажет, Кейт сделает всё — тонкие пальцы в его висках — стёртые файлы, битые пиксели, удалённые папки. "Sam Riordan who? Oh no, he's dead, my sweetheart. We should not talk about it. So much pain."
Кейт действует как вирус — биологическое, химическое, психическое — она целый арсенал на тонких копытцах.
[indent]Её клинит при взгляде на собственного парня и его брата — двадцать пятый кадр врезается в картину реальности — но Индира кладёт седативное ей на язык, нежно, бережно, заботливо.
Клетка никуда не делась. Просто стены исчезли. Визуальный эффект — Люк и Сэм совершенно не заслужили подобной участи.
И Индира прописывает ей увеличенную дозу.
[indent]— Это во благо.
Ну конечно же. Разве может она лгать?
[indent]Но они выглядят такими беспомощными — без сознания, со всеми этими уродливыми, паутиной торчащими из вен, трубками.
Кровь циркулирует из одного в другого — ради их блага — ради блага-блага-блага.
Кровью наливаются её белки — всё то же чудовище.
[indent]Каша вместо серого вещества — нежными касаниями её длинных пальцев — совсем как научила она.
Больно не будет.
И если Сэм и без того с головой в союзе не состоял — результатом её трудов — Риордан-старший ломается следом.
[indent]Впереди уже нет никакого будущего.
[indent]Всполох — самый яркий студент, будущий великий супер, грядущий член Семёрки.
[indent]Кейт абсолютно устраивает роль второго плана — не только его персональный менеджер, но и девушка супергероя.
Это ведь абсолютно правильно.
Ей вовсе не нужно ничего сверх — ни почёта, ни признания, ни всеобщего обожания.
[indent]Ей нужна одна лишь любовь.
И тепло — под инородной кожей всегда так холодно, а ей так хочется большего.
Люка не хватает — его становится недостаточно — ведь он медленно исчезает.
[indent]Умирать тоже не больно, правда?
[indent]Это — доведение до самоубийства.
Он не заслужил.
[indent]— Умирать не больно, моя дорогая Индира.
[indent]Кейт улыбается ей ласково — возвращает сполна всю доброту.
Заворожённо любуется за стремительно покидающей её святыню жизнью.
И всё вокруг в её крови. Но так правильно. Только так правильно.
[indent]Но карма имеет свойство настигать мгновенно — вот она, расплата.
Когда Мари взрывает её клетки, время останавливается.
Боль настолько оглушает, разрывая все связи с реальностью.
[indent]Это расплата. Лишь сотая часть. За то, что было с Люком.
Но не Мари Моро вправе её наказывать.
Кара может быть лишь божественной.
[indent]И тогда — в нужный момент (секундой бы раньше, дорогой Джон — а впрочем, всё правильно), словно ангел, посланец божий спускается с Небес.
Он.
[indent]В голове крутится-вертится-извивается лишь одна мысль-крик о помощи, что подоспела вовремя.
«Защити меня».
[indent]И Он вступается.
И устами Сына Божьего, святого Хоумлендера, глаголет истина.
Чудовищем Он называет вовсе не Кейт.
[indent]Ей так чертовски больно, но слёзы текут вовсе не от агонии.
Её переполняет совершенно ирреальное в моменте ощущение всепоглощающего, всеобъемлющего счастья.
И — почти даже непривычного — чувства полной защищённости.
[indent]«Я буду тебя защищать».
Святыня сгинула. Да здравствует Святыня.
И, перед тем как болевой шок всё же возьмёт над ней верх, Кейт абсолютно уверена в реальности увиденного — в ослепительном свете, окружающем этого сверхчеловека.
[indent]Теперь она будет его щитом и мечом.
И всем, чем потребуется.
я удалил всё то, что от тебя осталось'
Ведь у нас особая связь, помнишь? И это не пустые слова... Мой пост в примере можешь считать зарисовкой начала чего-то большего. Чего-то действительно важного, хоть и остающегося в чертах моей или твоей комнаты, потому что стоит нам оказаться «на людях», как ты становишься совсем другой, а мне запрещают разговаривать. Ты чётко разграничиваешь рабочее время от личного и не позволяешь одному вторгаться в другое. И всё же...
С И Я Т Ь 
), а потом делать больно в эпизодах. Больно, конечно, в основном делаешь ты, но ты не удивляйся, если однажды я вгоню нож в твою спину.
У нас тут есть Хаск, который точно будет рад прибить Вала очень большой мухобойкой, и Люцифер — возможно, если ты будешь сильно его просить, не попадёшь в опалу как Вокс.
